ДОЖДЬ 

В тумане облачных развалин
Встречая утренний рассвет,
Он был почти нематериален
И в формы жизни не одет.

Зародыш, выкормленный тучей,
Он волновался, он кипел,
И вдруг, веселый и могучий,
Ударил в струны и запел.

И засияла вся дубрава
Молниеносным блеском слез,
И листья каждого сустава
Зашевелились у берез.

Натянут тысячами нитей
Меж хмурым небом и землей,
Ворвался он в поток событий,
Повиснув книзу головой.

Он падал издали, с наклоном
В седые скопища дубрав.
И вся земля могучим лоном
Его пила, затрепетав.


The Rain

 

From its cocoon of cloud-ruin mist

Greeting the rising morning sun,

It had just barely started to exist,

Its life-stirrings not yet begun.

 

Embryo, nursed to life by the cloud,

It fretted, agitated, boiled over,

And suddenly, mighty, joyful, and loud,

Hit the strings and began to roar.

 

And all the grove began to shimmer

With teardrops’ lightning-laden glimmer

And every leaf on every joint

On every birch began to quiver.

 

Strung up by thousands of fine threads

Between the gloomy sky and land,

It broke its way into the day’s events,

Suspending itself upside down.

 

It fell down at an angle, from afar,

Into the graying gatherings of oaks,
And as one mighty bosom all the earth

Palpitating, drank it up.